Петербургские испытатели готовятся установить новый мировой рекорд

Петербургские испытатели готовятся установить новый мировой рекорд

Они намерены покорить высочайшую вершину мира на сверхмалом летательном аппарате. За его испытаниями наблюдал наш специальный корреспондент Павел Дьяконов: За сто с небольшим лет, со времен братьев Райт, небо приблизилось к человеку практически вплотную, и стало доступным как никогда.

Они намерены покорить высочайшую вершину мира на сверхмалом летательном аппарате. За его испытаниями наблюдал наш специальный корреспондент Павел Дьяконов:

За сто с небольшим лет, со времен братьев Райт, небо приблизилось к человеку практически вплотную, и стало доступным как никогда. 10 шагов для разбега, 100 килограмм железа, отрезок парашютной ткани – и ты становишься птицей…

Здесь, на фоне типично русского пейзажа колхозного поля, четверо наших соотечественников готовятся установить очередной мировой рекорд – покорить высочайшую вершину мира на сверхмалом летательном аппарате. Сегодня отрабатывали взлет и посадку в сложных погодных условиях. Сильный порывистый ветер – лишь одна из проблем, которая ждет воздухоплавателей на восьмитысячнике. Вторая – это разреженный воздух и мороз. Но предыдущий опыт – успешный пролет над Эльбрусом - говорят авиаторы, дает уверенность в успехе. Главное – не терять внимания.

Александр Дубовиков, авиатор: Турбулетность... Левый склон, правый, прогреваются неравномерно, там - минус 4, тут – плюс 7... Постоянный контроль…

Таких аппаратов на всю Россию – несколько десятков. 65-сильный мотор, два сиденья, пропеллер и купол – все вместе это называется «аэрошют». Бортового номера нет, зато есть имя собственное, типично русское – «дрынолет». Потому что несведущие в небесной механике земляки первым делом хватаются за самую заметную, но далеко не главную деталь управления аппаратом. И всякий раз приходится объяснять, что в воздухе пилот управляет ногами, а рулежный рычаг нужен для передвижения по земле.

О том, как штурмовали Эльбрус, авиаторы рассказывают скупо и обыденно: взлетали с маленького пятачка в базовом лагере, на четырех тысячах стала замерзать электроника, через час закончился бензин, так что приземляться пришлось в свободном парении и тишине. Все это неважно, потому что справились. Заявка на рекорд рассматривается в Международной федерации аэронавтики. Вот на Эвересте, говорят, будет сложнее. Не столько из-за техники – в ней летчики уверены, и не в погоде – спокойные дни в Гималаях все же случаются. Сложнее всего будет оформить документы и разрешения. Именно административные расходы составляют большую часть бюджета, которого пока нет.

Александр Дубовиков, авиатор: Все экспедиции начинаются с того, что они на грани срыва. Спонсор нужен…

В свободное от рекордов и основной работы время воздухоплаватели помогают спасателям – для поиска с воздуха неприхотливый аэрошют зачастую оказывается гораздо удобнее тяжелого и дорогого вертолета.

В аэронавтов четверо петербуржцев переквалифицировались из альпинистов. За плечами – десятки восхождений, сотни километров во всех высокогорьях Евразии. Стремление к небу считают естественным для человека. А ставить рекорды под флагом своей страны – гражданской обязанностью.