Масленица — один из самых узнаваемых и любимых народных праздников, окутанный символизмом проводов зимы и встречи долгожданной весны.
Однако современное представление о Масленице, наполненное сжиганием чучела и поеданием тонких блинов, имеет весьма сложную и во многом искусственно созданную историю.
Кандидат филологических наук, фольклорист Варвара Добровольская объясняет порталу «Городовой», как этот древний цикл обрядов трансформировался под влиянием исторических сдвигов.
Двойная логика: проводы зимы и “запирание” весны
Ситуация с Масленицей, по мнению Варвары Добровольской, крайне интересна. Логично было бы ожидать, что праздник будет целиком посвящен проводам зимы, за которыми последуют обряды встречи весны.
Однако, как отмечает фольклорист, произошло разделение:
“У нас Масленица сохранилась, как некие проводы зимы, а вот обряды, которые связаны со встречей весны как бы отделились от нее Великим постом”.
Это привело к парадоксальной ситуации: пока Масленица проводит зиму, но “вроде как не до конца”, наступает Великий пост, в течение которого весна, по сути, “запирается” до своего окончательного прихода.
“Получается, что во время поста мы как бы еще и гукаем (призываем) весну”, — объясняет исследователь.
Революция и рождение канона
Вторая ключевая особенность современного празднования Масленицы — ее сохранение во многом “обязано работникам культуры”. После 1917 года, когда старые традиции стали неактуальны или репрессировались, возникла острая необходимость в светском зимнем празднике.
Масленица оказалась наиболее подходящей основой, поскольку “у нее нету ярко выраженной религиозной символики”, в отличие от Прощеного воскресенья, которое было тесно связано с началом Поста.
“И, соответственно, был как бы создан работниками культуры некий такой, ну, скажем так, канон праздника”, — утверждает Добровольская.
Этот созданный канон, отмечает она, “не всегда соответствует региональным традициям празднования этого дня”.
Чучело как общенациональный символ
В советское время, когда слово “Масленица” часто заменялось на более нейтральное “праздник проводов зимы”, именно тогда были придуманы названия для каждого дня цикла.
Кроме того, широкое распространение получило сжигание чучела — обряд, который был характерен далеко не для всех регионов.
“В каких-то традициях оно есть, а в каких-то традициях его нет”, — говорит фольклорист.
Например, в Тверской области акцент делался не на чучеле, а на “празднике огней”.
“Жгли костры, ходили с факелами, катали колеса с гор подожженные”.
Огонь традиционно символизировал солнце и весну. Работники культуры пошли по более простому пути:
“Нам нужно что-то, что символизирует зиму. Ну, сделаем чучело и сожжем его на костре”.
Таким образом, чучело стало универсальным символом зимы для всей страны.
При этом в изначальных традициях чучело и делалось “обычно без лица”, что также является важным отличием от современного канона.
Огонь, тройки и изобилие
Несмотря на то что работники культуры унифицировали праздник, некоторые мощные элементы все же сохранились. Так, повсеместным стало “взятие снежного городка”, популярное на Урале и в Сибири: строительство крепости, штурм и победа над ней символизировали победу над зимой.
Также сохранилось уважение к коню:
“тут все-таки лошадей вывозят, на тройке детей катают”.
Это было важно, поскольку даже с появлением трактора в 20-е годы ХХ века, “тройки с конями” долго держались в рамках культурных традиций.
Что касается блинов — символа солнца и изобилия, то тут также имело место упрощение.
“Мы представляем вот эти тоненькие блинчики, большие. А пекли любую жирную пищу, и оладьи в том числе”, — поясняет Добровольская.
Круглые, маленькие оладьи также служили символом солнца и достатка.
Прощение и уходящие обряды
Особое значение имел последний день Масленицы — Прощеное воскресенье. В некоторых традициях это было не только прощание с зимой, но и прощание с “коронной пищей”.
Часто на костер указывали и говорили, что там “горит молочко”, что символизировало отказ от жирной пищи перед постом.
Но самое важное — это аспект прощения.
“Это день, когда ходили на кладбище и просили прощения у умерших родственников, у предков”.
Это было своего рода эквивалентное прощение, дополняющее просьбы о прощении друг у друга.
Работники культуры, создавая светский канон, сознательно не использовали “традицию умерших предков”, хотя этот обряд сохранялся в некоторых местах вплоть до 60-х годов ХХ века: “может, на кладбище не ходили, но на окошко ставили” блин покойной родне.
Таким образом, современная Масленица — это сложный синтез древних обрядов, сохраненных и переосмысленных благодаря усилиям культурных работников.
Читайте также эксклюзивные и самые интересные материалы портала Городовой.