Посещение Ботанического сада Петра I в период “Ботанического Нового года” — это погружение в экзотические миры, контрастирующее с зимней реальностью Санкт-Петербурга.
За окном царит минус десять и отсутствие зелени, но оранжереи предлагают путешествие в саванны, джунгли и пустыни.
Однако за буйством тропической флоры скрывается картина, вызывающая у посетителей смешанные чувства — от восхищения уникальной коллекцией до досады за состояние инфраструктуры.
Выбор маршрута и цена погружения
В праздничные дни посетителям предлагался выбор из двух маршрутов, чередующихся ежедневно. Один из них «Тропический».
Единый билет в оранжереи и музей обошелся в 900 рублей. Сумма кажется значительной, но, как отмечает посетитель:
“это ж Ботанический Новый год, гуляем”.
Прогулка начинается с первой оранжереи, посвященной высшим споровым и голосеменным. Неожиданное “буйство зелени сразу ударило в глаза”. Контраст между вечной серой палитрой Невы и насыщенным зеленым цветом поразителен.
Здесь господствуют папоротники — высшие споровые растения. Воздух влажный и пахнет почвой:
“Ну точно как в лесу”.
Где имена героев прячутся в зарослях
Рассматривать каждое растение хотелось, но навигация оставляет желать лучшего. Скромные таблички с латинскими «именами героев» “прятались в густых зарослях”.
Латынь, в сочетании с ветхостью самих указателей, “ещё больше усложняет запоминание”. Новогоднее настроение пытались создать, повесив дождик:
“Что ж, мило, хоть и не феерично”.
Далее следует зал, посвященный эпифитам — растениям, живущим на других растениях. Это знание воскресило воспоминания о студенчестве, но настоящий шок ожидал в следующей секции.
Девушка-куратор не уставала поправлять посетителей:
«Это не пальма, а саговник!»
Саговники, эти древние голосеменные, “предки хвойных растений”, представлены здесь мужскими и женскими экземплярами — настоящая удача для ботаников-любителей.
Кактусы, помнящие блокаду
Самая сильная эмоциональная отдача происходит в зале, посвященном растениям засушливых областей Африки и Америки — кактусам, агавам и суккулентам.
Несмотря на колючий вид, они восхищают “столькими формами, цветами, размерами и пропорциями”. Особое чувство вызывает тот факт, что на некоторых экземплярах видны таблички с годом основания.
Не верится, что многим из них “уже больше ста лет!”.
Символические ленточки напоминают о том, что эти растения пережили войну.
Огромная агава и множество опунций производят впечатление. Посетитель впервые увидел цветущее алоэ, развенчивая миф о столетнем цветении, хотя и сомневается:
“Надеемся, мы нарвались на юбиляра в оранжерее?”.
Здесь же, среди колючих красавцев, небрежно разбросаны новогодние шары — попытка праздничного декора.
Саванна и банановые рощи
В оранжерее саванн и муссонных лесов запомнились баобаб и акации. Однако здесь растения выглядели удрученно. На вопрос о печальном виде сотрудники отвечали, что в саванне засуха, и растения “солидарны”.
“Можно вывезти баобаб из саванны, а саванну из баобаба нет”, — иронизируют посетители, принимая эту версию.
Переход во влажный тропический лес открывает банановые рощи — оказывается, бананы являются “главными героями нескольких залов этой оранжереи”.
Здесь же цветет гибискус, вызывая зависть к домашнему экземпляру, который “уже лет 5 не цветет”. Гигантская шеффлера и пышные заросли спатифиллума — “женское счастье” — создают ощущение настоящего тропического рая, несмотря на окружающую разруху.
Демонстрация быта и скрытые сокровища
Залы, посвященные декоративным и полезным растениям тропиков — бегонии, традесканции, фикусы — кажутся более знакомыми.
Здесь можно увидеть ананас, доказывая, что это куст, а не нечто, произрастающее на земле.
В секции плодовых растений — какао, кофе, манго, папайя и батат. Последний оказался “вьющейся травой”, что стало открытием для многих, кто привык видеть лишь его корнеплоды.
Финальная оранжерея, Пальмовая, вызвала особый интерес. Сотрудники интригующе отзываются о ней, а вход туда организован через улицу, словно охраняя секрет. Здесь пальмы “строго упирались в потолок”.
Бромелии, о которых посетитель “не знал”, обнаружились лишь в самом конце, окруженные толпой, и выглядели как “оранжевые цветы”. В честь Нового года пальмы подсветили огоньками:
“Ну что ж, чем богаты”.
Что не так с Ботаническим садом?
Общее впечатление от “мини-тропиков” осталось положительным благодаря уникальной коллекции и уходу за самими растениями. Однако состояние инфраструктуры вызывает острое неприятие.
“Двери с облупившейся краской, кое-где заклеенные стекла, ржавчина стеллажей и разбитая плитка…” — таковы реалии.
Таблички с названиями, по мнению наблюдателя, “не менялись со дня основания”.
Сотрудники продолжают ухаживать за уникальной коллекцией, которая “пережила блокаду — дорогого стоит”, используя, вероятно, “ещё старинное дедовское оборудование”.
Видно, что труд основан на энтузиазме.
“Я думаю, что и зарплаты у сотрудников копеечные, однако, видно, что большинство свою работу и своих «воспитанников» любят”.
Тем не менее, петербуржцы высказывают опасения по поводу застоя:
“Мне нравится некая старинность места. А то “вылижут” по–современному–будет всё не то. Но, понятно, всем бы и везде хотелось побольше финансирования”.
Другие более категоричны:
"Видно, что всё старое, дышит на ладан, очень было обидно и за растения, и за людей, что ухаживают за ними".
“Обидно, когда богатая, могучая и историческая коллекция… в таких не самых подходящих условиях содержится…”.
Ощущается, что для руководства города “исчезнет и хорошо, очередной ТЦ или человейник построят”, в то время как саду, носящему имя Петра Великого, необходимы реальные инвестиции, а не только энтузиазм работников.
Читайте также эксклюзивные и самые интересные материалы портала Городовой.