Каждый год 31 декабря миллионы россиян снова включают «Иронию судьбы, или С лёгким паром!». Комедия Эльдара Рязанова давно перестала быть просто фильмом — это ритуал, обязательный атрибут вместе с оливье, мандаринами и «Советским шампанским».
Но за привычной историей есть немало фактов, которые придают ей новый оттенок.
Почти не случившийся фильм
Картина была готова ещё летом 1975-го, но показ долго откладывали. На всесоюзном семинаре начальники Гостелерадио дружно выступили против трансляции: мол, пьянство на экране, да ещё и в новогоднюю ночь.
Не зная, что лента уже понравилась самому Брежневу, фильм могли просто «положить на полку». Лишь за несколько дней до эфира Рязанову позвонили и попросили переписать вступительное слово: вместо «рождественской сказки» он обязан был сказать «новогодняя».
Так фильм и вышел в эфир — и уже на следующий день на «Мосфильм» пришли мешки писем от восторженных зрителей.
Денег не было даже на фотографа
Смета оказалась настолько скудной, что у группы не было даже штатного фотохроникёра. Артисты снимались практически «за идею», гонорары не обсуждались.
В Ленинград съёмочная группа ехала с минимумом средств, а при этом именно городские проходы Барбары Брыльской под музыку Таривердиева стали одними из самых запоминающихся сцен.
Голос, который едва не запретили
Песни фильма изначально должны была исполнить Анна Герман. Но иностранная певица не вписалась в бюджет. На пробы Таривердиев привёл никому тогда не известную девушку — Аллу Пугачёву.
Рязанову пришлось буквально усмирять её темперамент: нужно было интеллигентное звучание, а не эстрадное «Арлекино». И это решение оказалось судьбоносным.
Стихотворение, спасшее жизнь
В фильме звучит «Баллада о прокуренном вагоне» Александра Кочеткова. Автор написал её в 1932 году — после того, как в последний момент с женой отказался от поездки поездом, который потом потерпел катастрофу.
Стих переписывали от руки фронтовики, он жил в письмах и блокнотах, пока в 1966-м не попал в печать. Именно Рязанов нашёл его и вставил в картину.
Перебор — это плохо
Андрей Мягков, несмотря на всенародную любовь, не разделял восторга от бесконечных повторов фильма. Он называл показ «Иронии» каждый год перебором и признавался, что это не его любимая работа.
Но зрители думали иначе: в 1976 году фильм пересмотрела почти вся страна, а позже его даже пустили в кинотеатры — и снова были очереди.
Как это стало традицией
Сначала «Иронию судьбы» показывали 1 января. Только с 1994 года картину перенесли на 31 декабря, превратив её в главный телесимвол Нового года. И теперь уже сложно представить праздник без этих кадров: одинаковые дома, Женя Лукашин, Надя и песни, которые поют за столом миллионы.
И пусть сам Рязанов называл ленту «новогодней сказкой для взрослых», для нас она давно стала чем-то большим — общей памятью, в которой всё ещё есть апельсины в авоськах, праздничный холодец и искреннее ощущение, что впереди непременно будет лучше.