«Урал» и «Днепр» проектировали как единое целое с боковым прицепом. Задний маятник качался на резиновых втулках: под весом коляски они работали нормально, а на одиночке заднее колесо начинало гулять в манёврах. Резина стояла почти грузовая, с плоским протектором, поэтому наклонить мотоцикл в повороте не получалось. Пружины сзади рассчитывали на постоянное давление коляски — без неё подвеска оказывалась слишком жёсткой.
Снаряжённая масса одиночки составляла 220–230 кг. Боковой подножки у колясочных версий не было, и на каждой остановке эту махину приходилось вытягивать на центральную подставку руками, пишет автоэксперт.
Был и аргумент безопасности: у МТ-10-36 после снятия коляски на каждую лошадиную силу приходилось всего 6 кг массы. На узких неровных дорогах такая динамика в руках неподготовленного водителя считалась угрозой .
Позиция ГАИ
Ограничение на использование без коляски прописывал завод в паспорте модели. А в ПДД был пункт — соблюдать инструкции изготовителя. Этого инспектору хватало, чтобы остановить мотоцикл без коляски и оформить нарушение.
При этом милицейские «Уралы» без коляски спокойно ездили — ими управляли специально обученные люди.
Когда появились заводские одиночки
Со временем спрос на лёгкие и манёвренные машины вырос. Заводы начали выпускать версии, изначально рассчитанные на езду без коляски: «Днепр КМЗ 8.157.01 Соло» получил боковую подножку, доработанную подвеску и шоссейные шины.
«Урал Соло» — заводская одиночка на базе ИМЗ-8.103-10. Это принципиально отличалось от самостоятельного снятия коляски с машины, спроектированной под другую схему: заводская версия имела нужные настройки и конструктивные изменения.
Ранее Городовой рассказал, законно ли лишение прав за грязные номера.
