«Ну и что?»: когда ожидания от Петербурга разбиваются о реальность Большого Гостиного двора
Ожидания от Эрмитажа, Невского проспекта и Дворцовой площади высоки. Но далеко не все места соответствуют ожиданиям.
«Ну и что?»: когда ожидания от Петербурга разбиваются о реальность Большого Гостиного двора
Как арест Временного правительства стал спектаклем одной двери: чем запомнилось 25 октября в истории Петербурга
От царской статистики до штурма Зимнего — события, менявшие Россию.
«Под старинной трубой»: как 100 лет истории уместились в одном кошельке в земле Петербурга
Монетный парадокс на дне раскопок.
«Генератор случайных чисел» в нумерации: почему квартиры в Петербурге живут своей жизнью
Как уплотнение квартир меняло адресную систему.
От Гераклов в звериных шкурах до викингов: что за необычные жители фасада дома Англареса в Петербурге
Как скромный проект превратился в архитектурный калейдоскоп.
Часы ожидания и заторы: почему разводка мостов Петербурга — это боль, а не романтика
Архитектурный шедевр или ежедневная логистическая головоломка?
«Эффект гуляния» на Мойке: как первый металлический подвесной мост изменил Петербург
Инженерная мысль, изменившая Северную столицу.
Дед Ильи Лагутенко и дома, построенные за 12 дней: как рождались первые хрущёвки
Обычные пятиэтажки, стоящие в каждом дворе, когда-то считались чудом инженерии, созданным человеком, чьё знают совсем по другой причине.
Птичий запрет: почему в Петербурге хотят запретить кормить пернатых у памятников
Пока идею обсуждают и хотят внести изменения в закон. Основная задача — найти баланс.
Детский приют в сердце Петербурга: как роскошный отель стал домом для беспризорников
Воспитателем был Александр Брянцев — будущий создатель ТЮЗа, первого театра для детей в стране.